Белорусский котёл

В боях вологжанин спас дивизию и будущую жену

Нашего земляка, бывшего командира 154-й стрелковой дивизии Якова Фоканова, вспоминают в эти дни в белорусском Жлобине. У мемориальной доски на улице, что носит имя вологжанина, прошло сразу несколько памятных мероприятий, посвященных 85-летию битвы на правобережье Днепра - одной из самых героических, но и одновременно трагических страниц Великой Отечественной войны.

«Черный» корпус

Первые дни войны стали крайне неудачными для частей Западного (Белорусского) военного округа. Немецкие танковые клинья стремительно продвигались вперед, оставляя позади десятки больших и малых «котлов», планомерно зачищавшихся затем гитлеровской пехотой. 28 июня наши войска оставили Минск и Бобруйск, 

4 июля пал Жлобин. Еще через неделю механизированные колонны врага переправились через Днепр и устремились к Смоленску, от которого открывалась прямая дорога на Москву.

Но с востока подходили дивизии второго эшелона Красной армии, с ходу пытавшиеся контр­атаковать. Наибольшего успеха добился 63-й стрелковый корпус комкора Петровского. Пока немцы стремились обойти Смоленск с севера и юга, части корпуса неожиданно для врага ударили в центр образовавшегося выступа, переправились через Днепр и к вечеру 14 июля 1941 года отбили Рогачев и Жлобин. Это были первые советские города, освобожденные Красной армией с начала войны.

Немцев отбросили на запад на 15 - 20 километров, но главное - гитлеровские генералы были вынуждены оттянуть часть своих резервов. Ситуация под Смоленском стабилизировалась. Бои здесь приняли затяжной характер, позволяя выигрывать драгоценное тогда время.

Больше месяца продолжалось сражение и на правобережье Днеп­ра. Сами немцы прозвали корпус Петровского «черным». Перед контр­наступлением его усилили сводными ротами моряков, а они шли в атаку в темных бушлатах. Оказались в числе пополнения и стрелки военизированной охраны войск НКВД из Вологодской, Ярославской и Саратовской областей, которых еще не успели переодеть в полевую армейскую форму.

Штыком и гранатой

Как бы там ни было, 63-й корпус действительно считался не совсем обычным. Почти весь его высший командный состав носил довоенные звания комкоров и комбригов. Лишь когда информация об освобождении Рогачева и Жлобина прозвучала в сводках Совинформбюро, по личному распоряжению Сталина комкор Петровский «превратился» в генерал-лейтенанта, а командиры подчиненных ему дивизий стали генерал-майорами.

Оказался тогда в числе новоявленных генералов и наш земляк, уроженец устюженской деревни Кононово Яков Фоканов, проживший долгую и яркую жизнь. Выходец из крестьянской семьи, он с 12 лет стал работать на лесозаготовках, в 1919-м был призван в Красную армию, попал в особый отряд лыжников. Отличаясь решительностью и отвагой, воевал против белогвардейских войск Юденича под Петроградом и Нарвой, стал младшим командиром. Пройдя все промежуточные ступени, «дорос» до должности комполка, уцелел во время армейских «чисток» в конце 30-х и с июля 1940 года стал командовать 154-й стрелковой дивизией.

Именно это соединение утром 13 июля 1941 года первым ворвалось в Жлобин и сумело сломить сопротивление внушительного гитлеровского гарнизона. О накале боев за город свидетельствует составленное затем донесение в штаб армии: «К исходу 13.7 дивизия двумя полками вела тяжелый бой, выковыривая штыком и гранатой засевших в блиндажах и домах немцев. Когда на следующее утро враг попытался окружить батальон под командованием капитана Баталова, наши воины, отразив атаку, снова пошли вперед».

Дивизия вологжанина стойко обороняла освобожденный город до середины августа. Лишь когда фашисты стали охватывать правобережный плацдарм с флангов, 154-я вместе со всем корпусом отступила на противоположный берег. Но и там уже хозяйничали немцы. 

В ночь на 17 августа остатки корпуса пошли на прорыв. При выходе из окружения погибли командир корпуса Леонид Петровский и почти все штабные офицеры. А вот Яков Фоканов сумел пробиться на восток, выведя почти тысячу своих бойцов и еще несколько сотен красноармейцев из соседней 61-й стрелковой дивизии, включая ее полевой медсанбат. Была в его составе и молодой военфельдшер Нина. В конце войны Нина Алексеевна станет супругой Якова Степановича.

Дошли до Берлина

Но тогда, в августе 1941-го, об амурных делах думать было некогда. Вырвавшись из окружения, остатки 154-й сразу же снова вступили в бой. В селе Губич был разгромлен штаб пехотной дивизии вермахта, захвачены пленные и секретные документы. Затем были оборона Гомеля, новое окружение и новый прорыв. При первоначальной численности соединения почти в восемь тысяч штыков, к концу августа под началом Якова Фоканова осталось всего 400 бойцов. Но даже сократившись до штатной численности батальона, дивизия продолжала оставаться боеспособной, сумев сохранить боевое знамя.

Вскоре 63-й корпус был расформирован. Такая же участь постигла и две другие его дивизии. И лишь 154-я была направлена на переформирование и восстановление под своим прежним номером и все под тем же «устюженским» командованием.

Но процесс восстановления оказался коротким. Немцы продолжали наступать, и уже в середине сентября доукомплектованную 154-ю перебросили на оборону Брянска. Дивизия героически сражалась, прикрывая отход Брянского фронта. Опять попала в окружение, но благодаря своему комдиву в очередной раз прорвалась на восток, сумев сохранить две тысячи бойцов, четыре орудия и 16 пулеметов.
Этот арсенал, а главное уже закаленные в боях фокановцы очень пригодились в критические дни обороны Тулы. Город немцы так и не взяли, а в декабре 154-я уже сама перешла в наступление, сумев отличиться при освобождении Калуги.

Осенью 1942-го «за проявленное мужество и за героизм личного состава в боях с немецко-фашистскими захватчиками в районе города Козельска» 154-я стрелковая дивизия преобразуется в 47-ю гвардейскую. И вскоре ее фронтовые пути и пути ее командира вынужденно разойдутся. Гвардейское соединение пройдет через горнило Сталинградской битвы, будет освобождать Донецк и Харьков и отличится при штурме Берлина, пленив последнего командующего обороной столицы рейха генерала Вейдлинга. А вот пошедший на повышение устюжанин станет заместителем командующего 5-й танковой армией, затем возглавит 29-й гвардейский корпус, в славной летописи которого значатся бои за освобождение Донецкой, Запорожской и современной Калининградской областей.

Конец войны наш земляк встретит генерал-лейтенантом и кавалером сразу десяти боевых орденов, включая пять орденов Красного Знамени. Выйдя в отставку, поселится в Новосибирске. Уже после кончины Якова Степановича историки подсчитают, что за время войны соединения, которыми командовал вологжанин, освободили более 70 больших и малых городов! Но самым первым и самым памятным из них станет белорусский Жлобин, где у мемориальной доски на улице Фоканова практически круглогодично можно встретить живые цветы.