Борьба с дезертирами помогла протолкнуть «дровяную пробку»

В годы Великой Отечественной войны вологодским сотрудникам органов госбезопасности приходилось не только противодействовать шпионам и диверсантам, но и выполнять другие, подчас специфические задачи. Об одной из них - наше сегодняшнее повествование.

Были не только герои

Первые месяцы войны стали крайне неудачными для Красной Армии. Уже к концу октября 1941-го был блокирован Ленинград, оккупированы Смоленск и Новгород, а на Украине гитлеровцы заняли Киев, Харьков и Сталино (Донецк). Потеря Донецкого угольного бассейна привела к острому дефициту качественного угля, применявшегося тогда на железнодорожном транспорте. Требовалось резко ускорить заготовку древесины, но многие мужчины из леспромхозов уже ушли на фронт, а тыловые магистрали, по которым вывозился дровяной лес, оказались перегружены эшелонами с беженцами, ранеными и вывозимым на восток заводским оборудованием.

Те события вошли в историю войны как дровяной кризис («дровяная пробка»), которой оказались «закупорены» сразу восемь центральных и северо-западных регионов страны. Для решения проблемы провели ревизию железнодорожных грузов, разместив часть второстепенных на временных складах, и активизировали строительство Северо-Печорской магистрали, дававшей прямой доступ к воркутинскому углю. Ну а функции наведения порядка возложили на областные управления НКВД, с июля 1941 года вновь объединившего в себе и милицию, и сотрудников органов госбезопасности. 

Работать приходилось сразу по нескольким направлениям, в том числе анализируя статистику выработки леспромхозов, основательно «просевшую» в августе-сентябре. Выяснилось, что из вологодских предприятий Наркомлеса, помимо мобилизованных в армию, на строительство оборонительных рубежей были направлены еще 7 300 мужчин. Заменили их женщины и так называемые спецпереселенцы - вывезенные на Вологодчину украинцы, поляки и немцы Поволжья. Но порой их привозили в неотапливаемые бараки, вместо положенной теплой одежды выдавали обноски, плохо кормили. Как и на любой войне, на этой были не только герои, но и подлецы, пытавшиеся нажиться на человеческом горе и беззастенчиво разворовывавшие вверенное им имущество.

Эти факты выявлялись и пресекались. Уже в ноябре несколько директоров и снабженцев лес­промхозов были отданы под суд, питание работников постепенно улучшалось, что тут же сказалось на выработке: начиная со второй половины ноября планы по заготовке и вывозке древесины постоянно перевыполнялись.

Развернулась борьба с саботажниками и людьми, затаившими обиду на советскую власть. Таковых было немного, но вреда они могли причинить достаточно. Так, в Кирилловском районе при попытке поджечь лес был задержан некто Улашевич, накануне уговаривавший членов его бригады «бросить все и уйти дожидаться немцев, потому что при них порядок, а тут все равно все от голода сдохнут». 

Расследованием было установлено, что перед войной этот гражданин был репрессирован и принудительно отправлен в Карелию. После захвата Петрозаводска финнами при невыясненных обстоятельствах он оказался на Вологодчине, где, выдавая себя за другого человека, смог присоединиться к группе работников леспромхоза и легализоваться. Эти и другие аналогичные факты привели к тому, что в структуре Вологодского УНКВД появился специальный отдел, контролировавший приток кадров в лесную отрасль.

Поймали агента

Еще одной проблемой первой военной осени стали дезертиры. 

В большие города они предпочитали не соваться, а оседали в сельской местности, где порой сколачивали небольшие вооруженные банды, представлявшие опасность для отдаленных лесных поселков.

В октябре 1941-го в 18 километрах от Тотьмы на реке Сухоне была замечена лодка с неизвестными. Трое работников Чуриловского лесопункта из группы содействия милиции попытались проверить их документы, но незнакомцы открыли стрельбу. Был убит мастер лесосплава и ранены двое рабочих. 

По тревоге были подняты сотрудники НКВД Тотемского и Биряковского райотделов. Через несколько дней преступников блокировали на территории Нюксенского района. Один из них застрелился, другой предпочел сдаться.Тогда же в Кадуйском районе сотрудники НКВД совместно с работниками местного лесоучастка задержали пятерых эстонцев, дезертировавших из состава располагавшегося в Кущубе военизированного батальона и пытавшихся уйти лесными тропами к наступавшим на Ленинград немцам. 

А уже в ноябре в соседнем Бабаевском районе оперативники накрыли лесную сторожку, в которой скрывались трое дезертиров, за неделю до этого ограбившие подводу с продуктами, предназначенными для леспромхозовских бригад. 

Чтобы не выдать своего расположения, преступники совершили налет в 20 километрах от схрона, но на их беду в этой части района сотрудники НКВД и бойцы истребительного батальона проводили масштабную облаву на группу вражеских парашютистов-разведчиков (двое из них после приземления сами пришли с повинной, а вот за третьим пришлось побегать). В итоге поймали и агента, и дезертиров.

Максим ВОЛОДИН