Галстук завязывать не разучился до сих пор

Несмотря на годы нахождения в пионерской организации (1981 - 1985), мы были далеки от политики. Идеологией нас, может быть, и загружали, но она большинство моих сверстников совсем не интересовала. Приняли меня в пионеры в третьем классе в числе самых последних. И не потому, что я был двоечником и хулиганом, а просто был не в ладах с учительницей младших классов, которая к тому же была моей соседкой по подъезду. Точнее, она была не в ладах со мной.

Собраний было много, но из них запомнилось лишь одно - большая пионерская «тусовка» (как сказали бы сейчас) школьников Октябрьского района в ДКЖ в Вологде. И только потому, что я читал со сцены стихо­творные строчки. А затем слово было предоставлено моему деду - ударнику коммунистических бригад на Вагоноремонтном заводе, заслуженному рационализатору РСФСР. Кстати, только один придуманный им станок давал в год два миллиона советских рублей экономии. 

В 1982 году в стране широко отмечалось 60-летие пионерии. 19 мая нас построили в шеренги и повели в город. Шли прямо по проезжей части. Путешествие закончилось на площади Революции. Здесь собрались школьники четырех лучших школ города. С трибуны выступали ветераны пионерии и комсомольцы, давали обещания мои сверстники. 

В завершение праздника над площадью пролетели «кукурузники». Ан-2 сбросили на нас листовки. Вся площадь сорвалась с места, собирая «сувениры». Позднее выяснилось, что после нас на клумбах не осталось ни одного тюльпана из нескольких тысяч высаженных к Дню Победы. 

Пионерский отряд моего класса носил имя Аркадия Гайдара, а отрядной песней было песенное произведение «Гайдар шагает впереди». Позднее, в начале 1990-х годов, я спел ее внуку писателя Егору Гайдару во время визита бывшего премьер-министра в Вологду. 

На меня и моего товарища-одноклассника была возложена общественная работа - быть тимуровцами. Нам поручили шествовать над ветераном из соседнего дома. Правда, все ограничилось одним визитом: открывшая нам дверь дочка нашего подопечного отказалась от нашей тимуровской помощи.

А вот сборы макулатуры были более успешными и полезными. Я не только освобождал от старых газет квартиру, но и приносил из школьного гаража, в котором хранилось вторсырье, интересную печатную продукцию. Так, в моей библиотеке до сих пор хранятся книги с фотографиями и выступлениями совсем не упоминавшегося в годы застоя Никиты Хрущева. Из гаража перекочевали в мою коллекцию и спортивные календари-справочники по футболу и хоккею, в том числе и справочник футбольного «Динамо» (Москва) 1946 года. Кстати, сегодня это настоящий раритет.

Снять красный галстук меня буквально заставили силой в конце шестого класса. Старшей пионервожатой не нравилось, что я форсил в галстуке, привезенном мне из ГДР. Он был красным, но не шелковым, как у русской детворы, а нейлоновым, и почти не мялся. Мои попытки объяснить, что он одного цвета с нашим знаменем, что пионеры Германской Демократической Республики нам как братья, окончились неудачей. В апреле 1985 года галстук окончательно перекочевал в карман школьной формы, хотя завязывать его я не разучился до сих пор. 

И все же в 1991-м мне пришлось вновь надеть пионерский галстук. Будучи на педпрактике, я был назначен помощником воспитателя второго отряда в пионерском лагере имени Крупской. Мы, студенты истфака, постоянно придумывали какие-то мероприятия. В их числе был также смотр строя и песни. Пионерская организация к тому времени почти развалилась, поэтому на смену песням «Взвейтесь кострами» и «Крейсер «Аврора» пришли другие.

Мои выиграли смотр. В качестве отрядной песни звучала некрасовская «Коробушка». Мальчишки и девчонки, идя по плацу, с удовольствием вытягивали следующие строки: «Помнит только ночка темная, как поладили они. Распрямись ты, рожь широкая, тайну свято сохрани»… Жюри было в восторге! 

Евгений СТАРИКОВ,
школа № 16 города Вологды имени Героя Советского Союза  Джурахана Усманова