В начале 20-х годов сотрудники органов госбезопасности не только ловили бандитов, но и активно боролись со спекулянтами.
Фото из открытых источников
Кровавый король
427
На счету жестокой банды Культяпого оказалось 80 загубленных жизней
В двадцатые годы прошлого века революционный энтузиазм и вера в счастливое будущее соседствовали с голодом, разрухой и разгулом криминала. Одной из самых жестоких считалась банда Мишки Культяпого, часть которой орудовала на стыке вологодских и ярославских земель.
Свидетелей не оставлять
Началом этой истории можно считать 1919 год, когда сразу по нескольким уездам Вологодской, Новгородской и Ярославской губерний прокатилась волна вооруженных мятежей и выступлений. Их глубинные причины в статье оставим за скобками: время, напомним, было неоднозначным, да и новая власть на местах действовала далеко не безошибочно. Состав восставших был крайне разнородным. Помимо недовольных продразверсткой крестьян, тут были и анархисты, и «зеленые» (скрывавшиеся в лесах дезертиры), а еще - банальные уголовники, выпущенные или бежавшие из тюрем во время революционной неразберихи.
Одним из центров восстаний стала тогда Бухаловская волость Даниловского уезда. Восставшие даже создали подобие регулярной армии, насчитывавшей до пяти тысяч штыков, захватили поезд и выдвинулись на нем в сторону грязовецких деревень, попутно убивая немногочисленных сельских милиционеров и сторонников советской власти.
В тему
Если в большинстве окрестных территорий разгул бандитизма продолжался до начала 1925 года, то в Вологодской и Череповецкой губерниях перелом случился значительно раньше, летом 1923-го. И не в последнюю очередь благодаря активной разъяснительной работе, которую представители органов безопасности вели с крестьянами отдаленных волостей - основных мест базирования банд. Почти везде появились группы содействия милиции. И именно одна из таких групп помогла череповецким чекистам выйти на след орудовавшей под городом банды Николаева. Обладавший звериным чутьем и, как бы сейчас сказали, креативным мышлением (однажды, чтобы сбежать из оцепленной деревни, Николаев даже переоделся в женское платье и сделал себе бутафорскую грудь), бандит больше года оставался неуловимым. Но в августе 1923-го был снова настигнут и убит при попытке к бегству. Примерно тогда же при содействии местного населения было покончено и с бандой Муравья (Муравьева), насчитывавшей до 60 человек и действовавшей на юге Вологодского уезда и в районе Пошехонья.
На подавление восстания направили красноармейские отряды из Вологды и Ярославля, были задействованы бронепоезда. Отступая, повстанцы взрывали железнодорожные мосты, но все равно оказались разгромлены. Около 70 активных участников мятежа расстреляли, хотя большинство или мобилизовали на фронт - «искупать вину кровью», или просто переписали, оставив эти списки в сейфах переживавших период становления губернских органов госбезопасности.
Но поймали тогда далеко не всех. Часть повстанцев во главе с братьями Озеровыми осела в окрестностях села Бухалово, часть, преимущественно из числа уголовников, подалась в другие города, пополняя ряды многочисленных тогда банд. Оказалась в их числе и банда Михаила Осипова по кличке Культяпый (у него не хватало фаланги пальца на правой руке).
В криминальном мире за свою патологическую жестокость он какое-то время даже подхалимски именовался королем бандитов.
Вместе с ватагой отпетых уголовников Осипов несколько лет «гастролировал» по разным регионам страны, везде оставляя кровавые следы. Всего, по данным историков, на счету «культяповцев» оказалось минимум 80 загубленных жизней, при этом с 36 жертвами Осипов расправился лично.
Как правило, под покровом темноты бандиты врывались в одиноко стоявшие дома. Люди тогда жили бедно, и зачастую добычей уголовников становились лишь две-три застиранные рубашки да стоптанные сапоги. Но налетчики не гнушались и этим.
Долгое время у милиции не было даже зацепок. Осипов всегда придерживался правила - никого из свидетелей в живых не оставлять. Даже детей.
У преступников был свой «фирменный» способ убийств: членов захваченной в доме семьи связывали и укладывали на полу так, чтобы ноги одной жертвы ложились на ноги другой, а туловища образовывали подобие веера. Переходя от одного несчастного к другому, бандиты методично дробили им головы топором. Особым «шиком» при этом считалось, чтобы очередная жертва видела все, что происходило с предыдущей, и от ужаса билась в конвульсиях. Осипов очень любил такие «представления» и глумливо называл их театром.
Смелый батюшка
Был жесток главарь и со своими подчиненными. За малейшую провинность или просто косой взгляд в ход шел все тот же топор. Трое бандитов - Ухов, Александров и Тамбовцев - решили бежать и вернуться поближе к родным местам. Осесть надумали в соседней Вологодской губернии, надеясь, что тут им будет легче затеряться.
Добравшись до Костромы, отправили Александрова «на разведку» в Грязовец, где у того оставались прежние связи. Но не зря чекисты переписали всех участников мятежа, установив за многими из них негласный надзор. О появлении подозрительного человека вскоре стало известно, Александрова задержали.
Ухов и Тамбовцев решили податься в Бухалово и разыскать братьев Озеровых. По дороге откопали припрятанные с 1919 года обрезы. Однако задержанный Александров к тому времени уже с потрохами сдал своих подельников. Операцию по их задержанию проводили совместными силами конных милицейских отрядов из Грязовца и Пречистого. Вооруженных уголовников настигли и обложили в примыкающем к болоту лесном массиве. Тамбовцев был убит в перестрелке, а Ухов застрелился сам.
Что же касается остававшегося на свободе Мишки Культяпова, то его кровавые гастроли продолжались еще девять месяцев и завершились ужасным криминальным «рекордом» неподалеку от Уфы. В одном из частных домов бандиты захватили сразу две большие семьи, 23 человека. Для 22 из них тот день оказался последним в жизни, а вот 14-летний мальчик успел спрятаться в подвале и избежал встречи с убийцами.
Уже на следующий день в Уфе и прилегающих городах появились ориентировки на бандитов. Они попытались еще ограбить магазин, но, на их беду, у прилавка оказался дородный батюшка, мирно беседовавший с продавцом. Не испугавшись топора и численного превосходства бандитов, священник вступил с ними в рукопашную и, даже будучи раненым, продолжал сопротивляться и громко звать на помощь. Бандиты бросились бежать, но рядом проходил наряд красноармейцев. Осипова задержали прямо у магазина, трех его оставшихся подельников повязали на следующий день.
Оказавшись в уфимской тюрьме, Осипов стал вынашивать план побега. В центральном музее МВД России сохранилась перехваченная записка, которую бандит пытался отправить на волю своей родственнице: «Если можешь, пришли еще денег. Трех охранников уже уговорил, а пятерых придется убрать...»
Кстати, среди пятерых неподкупных конвоиров оказался и «красноармеец Вологодской губернии П. Лебедев». Более того, есть все основания предполагать, что именно Лебедев вместе со своим напарником Рыловым первыми заподозрили неладное и сообщили о подозрительных контактах «короля бандитов» с некоторыми охранниками. При обыске в камере Осипова нашли наган, кинжал и лимонку. Охранников-предателей приговорили к расстрелу, но затем заменили смертную казнь на 10 лет лагерей. Культяпого этапировали в столицу, где поместили в одиночную камеру Бутырской тюрьмы.
Суд приговорил «короля бандитов» и всех его подельников к расстрелу. Осипов написал прошение о помиловании, заодно предложив столичной милиции стать ее консультантом по всем вопросам борьбы с бандитизмом. Но на сделку с патологическим убийцей никто не пошел - приговор был приведен в исполнение.
Максим Володин
Комментарии (0)