Судьба Чехова
991
29 января исполнилось 150 лет со дня рождения Антона Павловича ЧЕХОВА
Сегодня Чехов по праву занимает место в первой пятёрке русских гениев: Пушкин, Гоголь, Толстой, Достоевский и он - Чехов! Между тем, при жизни Антон Павлович уступал в популярности некоему Потапенко, а пьесы Немировича-Данченко - ныне забытые - ставились ему как образец. Когда Чехов получал Пушкинскую премию, единственную за свою жизнь, он вдруг буквально простонал на ухо своему коллеге: «А ведь отец меня бил. И как бил. Смертным боем. До сих пор не могу забыть этой порки». Отец Антона - Павел Егорович Чехов - состоял купцом третьей гильдии в Таганроге, имел бакалейную лавку, а дед Чехова был, по сути, рабом, крепостным крестьянином и бил своего сына ещё сильней. Короче, судьба с Антоном не нянчилась, как с барчуком Пушкиным, и не возилась, как с барчуком Толстым. Чехов знал, что такое и розги, и голод, и долгое время относился к себе без особого уважения. Первым среди братьев считался старший брат Николай. И ещё меньше Чехов ценил свой дар писать всякие шутки, скетчи, юморески и прочую весёлую мелочь. Он занимался этой подёнщиной, пока учился на медицинском факультете Московского университета. Придумал себе несколько псевдонимов: Че-хонте, Человек без селезёнки. Тискал свои опусы в «Осколках», в «Будильнике», в «Стрекозе» и получал копейки; после университета стал земским врачом в центральных уездах России, но страсти к писанине не оставлял. И вдруг гром с ясного неба: 25 марта 1886 года молодой врач получает письмо от небожителя литературного Олимпа, от самого Григоровича, который с досадой написал, что, имея такой дар, как у него, недостойно и подло тратить дарование на всякую мелочёвку, и призвал уважать свой талант. Чехову шёл 26-ой год. Потрясённый письмом мэтра, Чехов в ответ признался: «Если у меня есть дар, который следует уважать, то каюсь перед чистотой Вашего сердца, я доселе не уважал его». Сказочная история И сравнить её вполне можно с волшебной сказкой о лампе бедняка Аладдина, который не знал, что его именем опечатан подземный сад в арабской пустыне, сад, полный сокровищ, где обитает послушный только ему всесильный дух, раб лампы. Не знал, пока к нему не явился маг, магрибинец, который прочёл узор звёзд и открыл глаза юноше: ты царь, ты властелин! Природа гения сродни этому саду сокровищ - ты получаешь на время право быть сторожем могучей силы, и у силы этой свой норов и свой план полёта, и не человек - мера ему. Дар Чехова, замеченный Григоровичем, был даром благоговения перед жизнью. Ещё в юности (вспоминал один приятель Чехова) Антон мог восторгаться грязной стеной трактира, её превосходными пятнами, или восхищался запахом огурца, который трактирщик нарезал тем же ножом, каким только что резал лимон, от чего солёный огурец приобрёл аромат цитруса, или кивал на окно, где в утренней мгле шёл по улице монах с кружкой для подаяний и говорил, что этот монах стоит целого рассказа: поглядите, как он сутулится. Стена, огурец, монах, чернильница, убитая чайка, дворняжка, которая потеряла хозяина в городской толчее, деревенский мальчик, что пишет письмо на деревню дедушке, селёдка в газете, дама с собачкой на набережной, жалобная книга на станции... - короче, всё, на что падал взгляд Чехова, вызывало в нём отклик, равный восторгу. Парадоксальным образом чеховский восторг был смешан с густой меланхолией, потому что такое интенсивное переживание момента подчёркивало смертность всего живого. Вот почему гений Чехова так трагичен Получив письмо Григоровича, Антон отшвырнул от себя прежнюю участь и перешёл в новую судьбу, ворота которой открыл беспрецедентным поступком. Он поехал на Сахалин, чтобы написать документальную книгу о каторжниках. На путешествие от Москвы до Урала, затем через Сибирь к Байкалу, дальше к Амуру на Сахалин и возвращение домой ушёл целый год. В Москву Чехов вернулся в канун новогодья, с парой милых мангустов, спрятанных под шубой, которых купил на Цейлоне, куда заходил в порт пароход, на котором он плыл через Индийский океан. Оставив медицину, Чехов превратился в фабрику по производству шедевров. Количество и качество им написанного поражает воображение: «Скучная история», «Каштанка» (первый рассказ, изданный отдельной книжкой), «Палата № 6», «Чёрный монах», «Ионыч», «Дом с мезонином», «Анна на шее», «Душечка», «Попрыгунья», «Дама с собачкой»... Завоевав прочное положение в литературе, Чехов купил сначала имение в Мелихове, а затем перебрался в Ялту, где построил настоящую виллу. Ему понадобились большие деньги, и тогда Чехов заключил кабальный договор с издателем Адольфом Марксом, которому за 75 000 рублей передал права на все написанные вещи и - главное! - на всё, что будет написано в будущем. Денег стало не хватать, и тогда Чехов решил писать пьесы, которые под условия Маркса не подпадали (проглядел). Если книги принесли Чехову известность, то МХТ сделал его знаменитым и модным. Очарованная труппа ставила одну за другой все пьесы Чехова, в которых окончательно был реализован принцип благоговения перед жизнью, а именно: Чехов перестал делить персонажей на положительных и отрицательных и не пожелал делать в пьесе какие-либо выводы и акценты, предоставляя публике трактовать свои картины, как им будет угодно. Для русской литературы это было дело неслыханное, у нас даже в басне торчал указующий перст автора, а моралью, выводом, резюме и идейным акцентом была украшена чуть ли не каждая страница у Достоевского и Толстого. Пьесы последнего - вообще сплошные моральные прописи, а статьи - розги. Чехов отменил всякую оценочность, предоставив театральной публике серию простейших историй из текущей жизни, где единственным условием была точность отображения. Стараясь снять даже самые скрытые намёки на выводы, Чехов настойчиво обозначал жанр своих пьес как сцены или комедии, чем ставил в тупик Станиславского. Режиссёр постоянно добивался от автора хоть каких-нибудь указаний, и Чехов всегда уходил от ответов, пожимал плечами или отвечал на вопрос «кто таков Тригорин?»: «Что за вопрос. Он же носит брюки в клетку». «Чайку» и «Вишнёвый сад» Чехов назвал комедиями. Что тут смешного, пожимал плечами Станиславский, вмешиваясь в текст и порой опуская целые сцены, как это случилось в ходе постановки комедии «Вишнёвый сад». Тонкости Чехова оказались театру не по зубам. Напрасно Чехов часами бился над сценой, где нужно было изобразить «звук лопнувшей струны», стон оборвавшегося троса, с каким в шахту на Донбассе однажды ухнула бадья, и который Чехов считал самым ужасным звуком, слышанным в жизни. Ему предложили десятки звуков, хлопков, взрывов... нужного оттенка так и не нашли. Зато Станиславский маниакально добивался правдивости, заставляя актёров бить на теле воображаемых комаров. Какой же летний вечер без комаров! Чехов пытался остановить эту ненужную затею, наконец, сошлись всего на двух комарах, после чего Чехов горько сказал: «В следующей пьесе напишу так: какой вечер, ни одного комара...» МХТ принёс драматургу не только славу и муки репетиций. Здесь Чехов нашёл свою суженую, актрису Ольгу Книппер, которая стала его женой в 1901 году. Книппер была примой театра и исполнила все главные женские роли в пьесах Чехова. Чувствовал ли Чехов, куда идёт история России? Да, чувствовал. Он не раз говорил: «А ведь самодержавия скоро не будет». И ждал от будущего - совсем, совсем скоро - прекрасных лет для страны. Чехов умер на руках жены 15 июля 1904 года в германском местечке Баден-вейлер, куда приехал подлечить туберкулёз. Ему было всего 44 года. На похоронах в Москве всё внимание публики было приковано к Горькому, который шёл за гробом. Где сейчас этот «буревестник революции»? Ставят ли его пьесы в Африке? Между тем, несколько лет назад Чехову поставлен памятник уже и в Токио. А на 150-летие со дня рождения классика в эти дни в Москву собралась вся мировая режиссёрская элита Европы... Ольга Книппер-Чехова дожила до прекрасного будущего (она умерла на 91 году жизни). Чего стоит хотя бы её визит в шахту в Сталинской области на Донбассе в 1938 году. Во время гастролей актрису-орденоноску беспокоил вопрос: верно ли театр передал звук упавшей бадьи? Её и других актёров даже спустили в шахту, но, увы, никто из шахтёров уже не помнил прошлого. Зато в финале гастролей, на митинге в городе Сталино, актрисе подарили макет угольной шахты. До сих пор этот странный чеховский звук остаётся проблемой для всех театров мира, ведь Чехов, по сути, хотел, чтобы мы услышали, как лопается струна, на которой подвешен наш мир. Выставка в Вологде Год Чехова в Вологде начался выставкой «Чехов вчера, сегодня и всегда», открывшейся 28 января в Вологодской областной универсальной научной библиотеке. На ней представлены книги Антона Павловича Чехова (в том числе и прижизненные издания), книги о жизни и творчестве великого русского писателя. Медиазал библиотеки подготовил фильмы, снятые по произведениям Чехова. Посетители выставки смогут увидеть фотографии писателя и его близких, театральные афиши, другие материалы. Выставка будет работать до 9 февраля. По сообщению областного web-портала «Культура в Вологодской области»
Комментарии (0)