Сын «врага народа» стал лучшим плотником Череповца

Он был репрессирован и выслан на Вологодчину. Но, простив советской власти личные обиды, прошел долгими дорогами войны и ударно трудился, оставив о себе добрую память. Все это факты из биографии череповчанина Ивана Скютте, для которого вологодская земля стала настоящей второй родиной.

Осенью 1931 года одна из главных тем «Красного Севера» - лесозаготовки. Особое внимание уделяется так называемым ударным отрядам, порой из 800 - 1 000 человек, направленным на проведение сплава древесины, в том числе в Череповце и Котласе. В номере за 25 сентября газета сообщает: «Еще 100 ударников Вологды вместе с членом бюро горкома тов. Щербаковым направлены на усиление. Наказ вологжан - не возвращаться до тех пор, пока последний кубометр древесины не будет направлен по назначению!». 

В этом же номере - осторожное упоминание о том, что бок о бок с ударниками работают спецпоселенцы, высланные на Вологодчину для «идеологической перековки». По факту это дети и члены семей зажиточных крестьян, объявленных кулаками и принудительно отправленных на север - зачастую безо всяких вещей, в одних телогрейках.

Был в их числе и Иван Иванович Скютте 1911 года рождения, выходец из небольшой деревни под Ленинградом, где еще с дореволюционных времен компактно жили обрусевшие финны. Люди это были хозяйственные, трудолюбивые, и когда в конце 20-х при коллективизации начались те самые «перегибы на местах», о чем позднее в своей передовице напишет газета «Правда», первыми в кулаки стали записывать именно их.

Когда именно и при каких обстоятельствах ленинградский финн попал на Вологодчину, доподлинно неизвестно. Сам Иван Иванович об этом вспоминать не любил. Но в начале 30-х он уже работал на лесозаготовках под Череповцом. Спецпоселенцы считались подконтрольными, но не ограниченными в свободе людьми, пусть и в строгих границах определенных им мест проживания.

В середине 30-х, работая на лесопилке, Иван познакомился с местной красавицей Анной. Вскоре они поженились. Через год родился первенец - дочь Лилия, еще через два - сын Михаил, а незадолго до войны - второй сын, Альберт. 

Осенью 1941-го череповчанин оказался в действующей армии. В архивных документах мы нашли упоминание о красноармейце Иване Скют, призванном на службу Череповецким райвоенкоматом. И дата рождения, и отчество - все совпадает. Видимо, ротный писарь, занося в рукописную ведомость сложную для него фамилию, недописал пару букв: на войне такое случалось сплошь и рядом. Судя по той же ведомости, череповчанин попал в 719-й отдельный строительный батальон НКВД, личный состав которого на 90% состоял из таких же ранее репрессированных граждан с финскими, эстонскими и немецко-поволжскими фамилиями.

Опасаясь, как бы чего не вышло, личный состав батальона вооружили не винтовками, а лопатами и кирками, отправив на строительство полевых аэродромов и укреп­лений сначала за Чагодой, а потом - в районе Тихвина. Но это была настоящая прифронтовая служба - с нарядами, караулами, изнурительной работой под обстрелами и бомбежками. После полученного ранения Иван Скютте был комиссован из армии и вернулся в Череповец, где и встретил весть о долгожданной Победе. 

После войны где-то под Ленинградом отыскались его родственники, которые неоднократно звали к себе. Как фронтовик Иван Иванович уже имел право на такой переезд вместе с семьей, но предпочел остаться в Череповце и никогда не пожалел об этом.

Не сломало его и пришедшее в семью горе. В середине 60-х трагически погиб его младший сын, Альберт: на него во время работы на заводе крановщица уронила бетонную плиту. А еще через два дня в семье погибшего сына родился первенец - внук Ивана Ивановича, о котором он очень заботился. Все это время череповчанин продолжал работать в местном ДОКе, где заслужил диплом лучшего плотника города. Фотография Ивана Скютте несколько десятилетий украшала Доску почета на предприятии.

- Бабушка с дедушкой прожили непростую, но по-своему счастливую жизнь, - рассказывает внучка Ивана Скютте Наталья Усова. - Анна Ильинична много лет проработала в прачечной Череповецкого молкомбината, стирала халаты работников, дед же был действительно хорошим плотником, его часто хвалили. Мы жили в городе: сначала - на Лесопильной улице, потом - на Парковой. О трудной молодости, как и о войне, дед мне, маленькой тогда еще девочке, ничего не рассказывал. Но помню, что у него были медали, несколько раз его как фронтовика приходили поздравлять из военкомата.

Выйдя на заслуженный отдых, не привыкший сидеть без дела Иван Иванович перебрался в пригородное Городище, где когда-то жила семья его супруги. Заново построил там дом и работал в городищенском колхозе плотником и конюхом, а затем - рыбаком. 

В середине 70-х Ивана Ивановича не стало. Потом ушла из жизни и его супруга. Но в городе на Шексне продолжают жить их потомки. Внучка Наталья почти 40 лет отработала старшей медсестрой в детской больнице и лишь недавно вышла на пенсию. Другой внук (сын погибшего под бетонной плитой Альберта) стал предпринимателем. Его супруга - известный в городе хореограф и преподаватель йоги. И все они, как когда-то Иван Иванович Скютте, вносят свой вклад в жизнь родного города и области. 

Максим ВОЛОДИН